Горохов С. Золотая Звезда разведчика. После войны он был литсотрудником «Якутии» / С. Горохов // Якутия. – 2004. – 8 мая. О Герое Советского Союза Николае Ивановиче Солодкове

ЗОЛОТАЯ ЗВЕЗДА РАЗВЕДЧИКА

После войны он был литсотрудником Якутии

Комсомольские работники Якутии конца 40-х и начала 50-х годов, наверняка, помнят этого небольшого роста светловолосого крепыша. Инструктора, затем заведующего военно-спортивным отделом обкома ВЛКСМ. В январе 1952 года он приезжал в Абыйский район как представитель обкома на комсомольскую конференцию, а я был первым секретарем райкома.

Самолеты туда не летали. После конференции мы с Николаем Ивановичем добирались до ближайшего аэродрома в поселке Чокурдах попеременно на конных, оленьих и собачьих упряжках, четверо суток беспрерывной езды на перекладных. Причем все старались промчать героя «с ветерком». В Чокурдахе пробыли в ожидании самолета полмесяца, а после часто встречались в городе. Знал я и его семью.

Недавно получил ответ на свой запрос за подписью военного комиссара Волгоградской области генерал-майора А.Третьякова:

«Уважаемый Семен Николаевич! Ваше письмо, поступившее в Военный комиссариат Волгоградской области, внимательно рассмотрено.

Сообщаю вам следующее:

1. Герой Советского Союза Солодков Николай Иванович, 1923 года рождения, является уроженцем р.п. Суровикино Суровикинского района (бывшего Кагановического) Волгоградской области.

2. Был призван 27.09.1941 года в ряды Вооруженных Сил военным комиссариатом этого района.

3. После службы в армии проживал вместе с женой Екатериной Александровной, дочерью Тамарой и сыном Сергеем в Свердловской области, ст. Сосьва.

4. По докладу военного комиссара Суровикинского района, Солодков Н. И. умер в 1985 году. Родственники на территории района и области не проживают».

Гвардии ефрейтор Николай Солодков прошел войну с начала и до победного ее конца. Служил разведчиком в частях Северо-Западного, затем Сталинградского, Воронежского и Первого Украинского фронтов, несколько раз был ранен. Звание Героя Советского Союза ему было присвоено в октябре 43-го за форсирование Днепра.

Николай Иванович не любил вспоминать войну. «Вот она где у меня сидит», – говорил он, похлопывая свой затылок. Да и в то время как-то не принято было вспоминать о своем фронтовом прошлом. Но однажды, в один из пуржистых дней, мы допоздна засиделись у железной печки, и по моей просьбе он рассказал один из эпизодов своей военной службы. Довожу его до читателей по памяти.

После разгрома немцев на Орловско-Курской дуге часть, в которой служил ефрейтор Солодков, освободив ряд городов Украины, вышла на левый берег Днепра вблизи Киева.

– Был ранний вечер, – вспоминал Николай Иванович, – Из прибрежного леса мы видели украинскую столицу, освещенную косыми лучами заходящего солнца. Радовались и одновременно сжимали кулаки: Киев был в руках врага.

Наступила ночь. Подразделение разведчиков получило задание форсировать Днепр, чтобы достать «языка». Выделили группу из семи человек, включая Солодкова.

С правого берега артиллерийско-минометная батарея вела плотный огонь по переднему краю наших войск, чтобы не допустить их концентрации на берегу. Форсировать реку было рискованным шагом. Однако под покровом темноты группа благополучно достигла противоположного берега. Обойдя вражескую батарею и оставаясь незамеченными, наши бойцы проникли за передний край обороны противника.

Километрах в девяти на юго-запад от города находилась деревня, где, по оперативным данным, был штаб немецкой артиллерийской дивизии. К концу ночи разведчики достигли цели. Встреченные поутру местные жители подтвердили его наличие.

День пробыли в лесу, внимательно изучая местность, определили, как лучше подойти к штабу, чтобы приступить к операции. Весь день с левого берега гремела артиллерийская канонада, а к вечеру стала стихать.

Наступали сумерки. Небо покрылось разноцветными огнями непрерывно взлетали вверх белые и красные ракеты. Время, казалось, двигалось очень медленно, семеро разведчиков жили одной думой: во что бы то ни стало выполнить задание командования. Еще раз проверили автоматы и боеприпасы, и когда совсем стемнело, крадучись двинулись к окраине деревни, по огородам стали пробираться к штабу. Подошли почти вплотную и засели в кукурузе.

Штаб непрерывно обходили двое часовых. Группа захвата из четырех человек разделилась попарно: по два человека на одного часового, остальные трое остались в засаде. Выждав удобный момент, разведчики бесшумно сняли часовых. Быстро вбежали в здание штаба. В передней комнате за столом сидел обер-лейтенант. Свалили его, заткнули рот платком. На шум из другой комнаты выскочил другой офицер, полковник немецкой армии, пленили и его. В кабинете мигом собрали со стола развернутые оперативные карты с засеченными огневыми точками, секретные пакеты и другие документы. Не медля ни секунды, стали отходить. Они успели удалиться от штаба километра на полтора, когда в деревне поднялась отчаянная стрельба – фашисты спохватились.

Разведчики поспешили скрыться в гуще леса. Там допросили пленных. Оказалось, что полковник был начальником штаба дивизии, а обер-лейтенант – его адъютантом.

Теперь перед бойцами стояла задача доставить «языков» в штаб своей части. Выбравшись из леса, подошли к переднему краю противника. Пройти через него было сложной задачей: немцы держали усиленную оборону на всем участке берега. Останавливаться и выжидать нельзя. Разведчикам удалось найти самое безопасное место – ложбинку на стыке двух подразделений. Со стороны это могло показаться безумием: броситься под огонь. Но, внимательно изучив положение огневых точек, пришли к выводу, что узкая полоска не может простреливаться, тут образовалось так называемое «мертвое пространство». Нужно было только плотнее прижиматься к земле и ползти быстро, пока немцы не успеют сменить позиции своих пулеметов. Расчет оправдался, пули цокали слева и справа, но не задели никого. Бойцы выбрались к берегу.

К этому времени несколько подразделений дивизии уже находились на правом берегу Днепра. Разведчикам предоставили лодку, штаб части еще оставался за рекой. Группа прибыла благополучно, старший доложил командованию о результатах вылазки, сдал пленных и документы.

Подвиг разведчиков был оценен по достоинству: всем семерым присвоено звание Героя Советского Союза. Много позже об этом узнали читатели «Социалистической Якутии». Николай Иванович работал литературным сотрудником в редакции этой газеты. Видимо, коллеги все-таки заставили его рассказать о своем подвиге ко Дню Победы.

В сентябре 1953 года Солодков выехал за пределы республики по семейным обстоятельствам. В заявлении об увольнении он пишет:

«Родители больные. Сейчас остались одни, и помогать им некому. Сестра вышла замуж, живет в Краснодарском крае, брат призван в Советскую Армию».

Николай Иванович был депутатом Якутского городского Совета, членом партбюро обкома комсомола. «Дисциплинирован, аккуратен, инициативен, пользуется авторитетом среди молодежи», – читаем в его личном деле, хранящемся в филиале Центрального архива республики.

Он был человеком исключительно скромным, никогда не подчеркивал свое высокое звание. Жил скудно, зарплаты на нужды семьи не хватало. Вот одно из его заявлений в обком комсомола: «В связи со сложившимся тяжелым материальным положением прошу оказать помощь, так как я забрал дрова, а уплатить еще не уплатил. Кроме того, за квартиру не платил три месяца. Горисполком каждый день тревожит за уплату квартиры, а у меня нет средств». И это пишет депутат горсовета, Герой Советского Союза! Не было в то время никаких льгот участникам войны, даже героям.

Выехав из Якутии, Николай Иванович жил с семьей в Свердловской области. С 1955 года работал в органах внутренних дел, окончил Высшую школу МВД в Новосибирске. Заслуженный работник МВД СССР в звании полковника внутренней службы был занесен в юбилейную Книгу почета МВД СССР. Награжден орденом Отечественной войны первой степени, в 1981 году такие ордена всем фронтовикам еще не вручались.

Н. И. Солодков прожил в Якутске семь лет. Трудился, был комсомольским вожаком, здесь же окончил двухгодичную партийную школу. Словом, был во всех отношениях своим человеком. Но до сих пор его не признают героем-якутянином лишь потому, что призывался в армию не из Якутии. Несколько таких же «чужих» Героев Советского Союза жили и работали в нашей республике, есть и ныне здравствующие. Забытые, непризнанные. Обидно за них.

 

Семен ГОРОХОВ

Якутия. – 2004. – 6 мая